Эпоха великих потрясений 1905-1921
16.10.2026
Первая русская революция
Русско-японская война и Первая русская революция стали предвестниками грядущих потрясений в России. Стремясь ослабить противника изнутри, японская военная разведка во главе с бывшим военным атташе в Петербурге Акаси Мотодзиро прибегла к финансированию радикальной оппозиции царскому правительству.
В 1904 году Акаси установил связь с руководством РСДРП. Денежные средства направлялись на печать и распространение нелегальной литературы, упрочение межпартийных связей, военно-техническую подготовку вооруженного восстания. Были налажены и прямые поставки оружия через Финляндию и Кавказ.
Акаси профинансировал оппозиционную конференцию в Париже, принявшую резолюцию о свержении самодержавия. Таким образом, либералы, эсеры, бундовцы, собравшиеся на «Съезде русской оппозиции», сами того не подозревая, выступали орудием японского шпионажа. Через год такая же конференция состоялась в Женеве.
«Когда Порт-Артур сдался, французы выражали нам соболезнования, а некоторые русские эмигранты поздравляли друг друга с победой японского оружия. Война с правительством заслоняла войну с Японией» (Тыркова-Вильямс А. «На путях к свободе»).
Ослабление центральной власти наряду с военными поражениями, в конечном итоге подтолкнули царское правительство к заключению невыгодного для страны Портсмутского мирного договора, зафиксировавшего утрату прежнего влияния России на Дальнем Востоке.
Революция 1917 года
В период Первой мировой войны попытки иностранного вмешательства во внутреннюю политику Российской империи достигли своего пика. Неспособность царского правительства разрешить целый комплекс внутренних противоречий делала его неустойчивым, подверженным давлению извне. Губительную роль сыграл и дефицит ответственности среди тогдашних политических элит, готовых без раздумий принимать иностранную «помощь», в том числе от военных противников России.
Уже 4 августа 1914 года, в самом начале войны, при поддержке Австро-Венгрии был создан Союз освобождения Украины. Объединив политических эмигрантов, буковинских и галицких националистов, он провозгласил целью отделение Украины от России и образование «самостоятельного» государства под протекторатом Австро-Венгрии и Германии. Фактически же члены Союза на австрийские средства выполняли агентурные функции, а впоследствии под немецким руководством вели пропаганду и агитацию в лагерях среди военнопленных украинцев.
След Центральных держав прослеживался и в организации восстания 1916 года в Средней Азии. Военный губернатор Семиреченской области А.И. Алексеев в докладной записке генерал-губернатору Туркестанского края А.Н. Куропаткину писал: «…среди главных причин недовольства киргизов, приведших к открытому возмущению, надо считать пропаганду, проникавшую из соседнего Китая (Кульджа, Кашгар), где имеются германские агенты, действующие через дунган и китайцев, в большом числе приезжавших на Каркару и Пржевальск…».
Вместе с тем Германия не оставляла попыток заключения сепаратного мира на выгодных для себя условиях. В этом вопросе англичане особенно опасались влияния Григория Распутина. Его убийство и моментальная реакция зарубежной прессы на падение монархии в России заставляют задуматься о прямом участии держав Антанты в дестабилизации внутриполитической ситуации в Российской империи. В этом контексте отказ от предоставления убежища свергнутому императору и его семье представляется вполне логичным завершением ударов по российской государственности.
После установления власти Временного правительства наиболее последовательная поддержка на внешнеполитической арене оказывалась ему Северо-Американскими Соединенными Штатами. Еще в 1915 году США заявили о желании получить в долгосрочную концессию Транссибирскую магистраль – при обсуждении вопросов кредитования России условия американского капитала были кабальными.
«Британский след»
Как правило, от иностранного посла не ждут активного вмешательства во внутренние дела страны его пребывания. Но британский посол Джордж Бьюкенен трактовал свои дипломатические функции очень широко. Назначенный в Петербург в 1910 году, сэр Бьюкинен активно взаимодействовал и с царским правительством, и с лидерами думской оппозиции, прежде всего представителями кадетов и октябристов. Позиция британского посла в отношении затягивания войны, обнажившей неспособность Николая II перестроить экономику на военные рельсы, становились все напористей. В 1915 году Бьюкенен организовал в российской столице «Общество сближения с Англией», через которое осуществлял влияние на либеральные круги.
«Мысль о принудительном отречении царя проводилась в Петрограде в конце 1916 года и начале 1917 года. Ко мне неоднократно с разных сторон обращались представители высшего общества. Многие при этом были совершенно искренне убеждены, что я подготовляю переворот и что мне в этом помогают многие из гвардейских офицеров и английский посол Бьюкенен», — вспоминал последний председатель царской Думы Михаил Родзянко.
Располагая широкой сетью контактов, Бьюкинен скорее всего был осведомлен о планах убийства фаворита царской семьи Григория Распутина – и приветствовал их. Британия опасалась, что Распутин, пользуясь своим влиянием на супругу Николая II, склонит ее побудить мужа заключить сепаратный мир с Германией. По версии, изложенной Ричардом Калленом и Эндрю Хуком, среди убийц старца фигурировал английский разведчик Освальд Рейнер – близкий друг одного из главных заговорщиков – Феликса Юсупова, с которым они вместе учились в Оксфордском университете. Прямых подтверждений этого нет, но в своих воспоминаниях Юсупов упоминает состоявшийся на следующий день обед в компании Рейнера, который как минимум знал о заговоре «и пришел, чтобы выслушать новости».
«Купец революции»
Первыми из тех, кто написал об Израиле Лазаревиче Гельфанде (Александре Парвусе), стали британские историки Збынек Земан и Винфрид Шарлау, но их книга «Парвус — купец революции» (1964) имеет очевидную идеологическую ангажированность.
Известно, что сотрудничество социал-демократа Парвуса с немецким правительством началось в январе 1915 года, когда он встретился с германским послом в Стамбуле и изложил ему план вывода России из войны через организацию революции. В Берлине инициатива была воспринята с интересом. Уже в марте Парвус представил в германский МИД записку на 20 страницах, которая вошла в историю как «Меморандум Парвуса». Для реализации своего плана Парвус запросил пять миллионов марок. Немецкий МИД выделил только миллион. На эти деньги Парвус начал издавать в Мюнхене журнал «Колокол», а потом основал в Копенгагене «Институт по изучению мировой войны».
Наибольшую известность Парвусу принесла история со знаменитым «пломбированным вагоном». В феврале 1917 года он оказался единственным человеком, который взялся переправить большевистскую верхушку из нейтральной Швейцарии в Петроград через всю охваченную войной Европу. Для этого пришлось убедить германского министра иностранных дел Брокдорфа и начальника немецкого генштаба Эриха фон Людендорфа. «Со стороны Людендорфа это была авантюра, вытекавшая из тяжкого военного положения Германии», - позднее напишет об этом Троцкий.
Парвусу выделили еще пять миллионов марок, и он вступил в переговоры с лидерами большевиков. Однако, рассчитывая использовать Ленина в своих целях, Парвус и его спонсоры глубоко просчитались. Уже после падения Временного правительства «купец революции» попросил разрешения посетить Советскую Россию. Ленин отказал, передав Парвусу, что «революцию нельзя делать грязными руками».
«Купец революции»
Первыми из тех, кто написал об Израиле Лазаревиче Гельфанде (Александре Парвусе), стали британские историки Збынек Земан и Винфрид Шарлау, но их книга «Парвус — купец революции» (1964) имеет очевидную идеологическую ангажированность.
Известно, что сотрудничество социал-демократа Парвуса с немецким правительством началось в январе 1915 года, когда он встретился с германским послом в Стамбуле и изложил ему план вывода России из войны через организацию революции. В Берлине инициатива была воспринята с интересом. Уже в марте Парвус представил в германский МИД записку на 20 страницах, которая вошла в историю как «Меморандум Парвуса». Для реализации своего плана Парвус запросил пять миллионов марок. Немецкий МИД выделил только миллион. На эти деньги Парвус начал издавать в Мюнхене журнал «Колокол», а потом основал в Копенгагене «Институт по изучению мировой войны».
Наибольшую известность Парвусу принесла история со знаменитым «пломбированным вагоном». В феврале 1917 года он оказался единственным человеком, который взялся переправить большевистскую верхушку из нейтральной Швейцарии в Петроград через всю охваченную войной Европу. Для этого пришлось убедить германского министра иностранных дел Брокдорфа и начальника немецкого генштаба Эриха фон Людендорфа. «Со стороны Людендорфа это была авантюра, вытекавшая из тяжкого военного положения Германии», - позднее напишет об этом Троцкий.
Парвусу выделили еще пять миллионов марок, и он вступил в переговоры с лидерами большевиков. Однако, рассчитывая использовать Ленина в своих целях, Парвус и его спонсоры глубоко просчитались. Уже после падения Временного правительства «купец революции» попросил разрешения посетить Советскую Россию. Ленин отказал, передав Парвусу, что «революцию нельзя делать грязными руками».
«Не помощь, а оккупация»
Утратив единство народа и твердость центральной власти, бывшая Российская империя оказалась бессильна перед вторжениями извне – как со стороны Германии и Австро-Венгрии, так и со стороны бывших союзников по Антанте. Даже самые непримиримые лидеры Белого движения, поначалу доверившиеся интервентам, вскоре осознали ошибочность этой ставки. Как отмечал Антон Иванович Деникин: «это была не помощь, а оккупация».
Еще 23 декабря 1917 года в связи с Октябрьской революцией в Париже было заключено первое соглашение о разделе России на сферы влияния: во французскую сферу вошли Украина, Бессарабия и Крым, а в британскую – Кавказ, Армения, Курдистан и Грузия. Аналогичным образом, вплоть до своего поражения в Первой мировой войне, действовали Центральные державы. Австро-Венгрия и Германия разделили между собой юг России. На этих территориях были созданы марионеточные политические структуры, в том числе прогерманская «Украинская держава» гетмана Скоропадского.
Весной 1918 года под надуманным предлогом «защиты от германской опасности» в Мурманский порт вошел английский крейсер «Глория». Советские власти были вынуждены согласиться с навязанным английским присутствием. Британцы развернули на подконтрольной им территории настоящий колониальный террор. В восточной части Кольского полуострова находилась Йоканьгская тюрьма, а на острове Мудьюг близ Архангельска – лагерь военнопленных.
После победы Антанты в Первой мировой войне никаких иных оснований, кроме грабежа, у интервентов не осталось. Например, Франция, в начале 1919 года закрепившая за собой сферу влияния на Юге России, открыто нацелилась на захват промышленных и продовольственных ресурсов - якобы для возврата своих инвестиций в русскую экономику.
На Дальнем Востоке активно развернула интервенцию Япония. В 2017 году были опубликованы письма военнослужащего Ваити Танабэ, который с 1918 по 1920 год находился в Сибири в составе специального подразделения. Он подтверждал не только акты грабежа, но и варварское сожжение деревни Ивановка под Благовещенском – вместе с жителями.
